Иван никитович кожедуб трижды герой советского союза. Иван Кожедуб: первый среди асов

Иван Никитович Кожедуб ни разу не был сбит во время Великой Отечественной войны, и хотя его подбивали, он всегда сажал свой самолёт. На счету Кожедуба также есть и первый в мире реактивный истребитель, немецкий Ме-262. В общей сложности за время войны он совершил 330 боевых вылета. В этих вылетах было уничтожено 64 вражеских самолёта. Он является трижды Героем Советского Союза.

У каждого лётчика — аса свой, присущий только ему одному, почерк в небе. Был он и у Ивана Кожедуба — человека, в характере которого гармонично сочетались мужество, отвага и исключительное хладнокровие. Он умел точно и быстро взвесить обстановку, мгновенно найти в сложившейся ситуации единственно верный ход.

Машиной он владел виртуозно, мог управлять ею даже с закрытыми глазами

Все его полёты представляли собой каскад всевозможных маневров — разворотов и змеек, горок и пикирований. Всем, кому приходилось летать с Кожедубом ведомым, нелегко было удержаться в воздухе за своим командиром. Кожедуб всегда стремился отыскать противника первым. Но при этом и «не подставиться» самому. Ведь в 120 воздушных схватках он ни разу не был сбит!

Детство и юность

Кожедуб Иван Никитович родился в большой крестьянской семье на Украине в деревне Ображиевка Черниговской губернии. Он был самым младшим ребенком, имел трех старших братьев и сестру. Датой рождения официально принято считать 08 июня 1920 года, но, как известно, он добавил себе два года, которые были нужны для зачисления в техникум. Настоящей датой рождения Ивана Кожедуба является 06 июля 1922 года. Его отец занимался землей и работал на фабрике, но находил время для книг и даже сам сочинял стихи. Детей он воспитывал в строгости, старался привить им такие качества, как упорство, трудолюбие и исполнительность.

Когда Ваня пошел в школу, он уже умел писать и читать. Учился он хорошо, но школу посещал с перерывами, поскольку по окончании первого учебного года отец отправил его в соседнюю деревню работать подпаском. Перед поступлением в химико-технологический техникум в 1934 году Иван Никитович успел поработать в библиотеке. 1938 год стал переломным в судьбе юноши – тогда он начинает посещать аэроклуб.

Весной 1939 года произошел первый его полет, который оставляет большое впечатление. Уже в 1940 году приняв решение стать истребителем, он поступает в военное летное училище, по окончании которого его оставляют инструктором здесь же.

После начала Великой Отечественной войны Ивана Кожедуба и все училище переводят в Казахстан, но после многочисленных рапортов, осенью 1942 года его отправляют в Москву. Здесь он попадает в 240 истребительский авиаполк под командование Игнатия Солдатенко. На первое боевое задание Иван Никитович вылетел в марте 1943 года, но попав под огонь, просто чудом смог приземлится практически невредимым. Прежде чем будущий великий летчик сел за свой новый самолет Ла-5 прошло около месяца.

Личный боевой счет Иван Кожедуб открывает в июле 1943 года, во время Курского сражения. Это был его сорокой боевой вылет. За несколько дней в списке уже значились 4 победы. 6 августа 1943 года Иван Никитович Кожедуб получает свою первую награду – орден Боевого Красного Знамени. В это же время он сам начинает командовать эскадрильей. Осенью 1943 года его отправляют в тыл, впереди предстояли горячие тяжелые бои, нужно было восстановить силы.

После возвращения на фронт он решает поменять свою тактику, остановившись на бреющем полете, что требовало мужества и большого мастерства. За боевые заслуги в начале февраля 1944 года молодому перспективному летчику-истребителю было присвоено звание Героя Советского Союза. К августу 1944 года Кожедуб получил уже вторую Золотую Звезду Героя Сооветского Союза, в это время он лично сбил уже 48 самолетов противника за 246 боевых вылетов. В первый осенний месяц 1944 года группа летчиков во главе с Кожедубом была направлена в Прибалтику.

Здесь всего за несколько дней под его командованием было сбито 12 немецких самолетов, своих они потеряли только 2. После такой победы противник отказался от активных действий на этой территории. Еще один значимый воздушный бой прошел зимой, в феврале 1945 года. Тогда было сбито 8 самолетов противника, и уничтожен 1 самолет советской армии. Значимым личным достижением для Ивана Кожедуба было уничтожение реактивного Ме-262, который значительно превосходил по скорости его «Лавочкина». В апреле 1945 великим летчиком-истребителем были сбиты его последние 2 самолета противника.

К концу Великой Отечественной войны Иван Кожедуб был уже майором, на его счету было 62 сбитых самолета и 330 боевых вылетов и 120 боев в воздухе. В августе 1945 года уже в третий раз он Героем Советского Союза.

Послевоенные годы

После окончания войны он решил продолжить свою службу. В конце 1945 года Иван Никитович познакомился со своей будущей женой. У браке у них было двое детей: сын и дочь. Он также продолжал учиться, в 1949 году закончил Военно-Воздушную Академию, а в 1956 году Военную академию Генерального штаба. Участвовал в военных действия в Корее, под его командованием была 324 истребительская авиационная дивизия. В 1985 году Ивану Кожедубу выло присвоено высокой звание Маршала авиации.

Также в его биографии необходимо отметить общественную деятельность. Он был депутатом Верховного Совета СССР, а также народным депутатом СССР. Умер Иван Кожедуб у себя на даче 08 августа 1991 года.

Конец 1946 года внес изменения и в личную жизнь Ивана Кожедуба. Возвращаясь вечером в подмосковное Монино на электричке, Иван встретил десятиклассницу Веронику, которая вскоре стала его женой, верным и терпеливым спутником всей жизни, главным адъютантом и помощником, как сам Иван Никитович ее называл. О личной жизни Кожедуба известно немного, и тому есть объяснение: его подлинной личной жизнью, по утверждению близких, была и оставалась авиация. Но кое-что можно узнать из рассказов сына прославленного летчика, Никиты Ивановича, капитана I ранга запаса. Так стало известно, что первое знакомство в электричке могло стать для обоих молодых людей последним. Веронике молодой офицер сначала не понравился, показался неприглядным из-за невысокого роста и украинского акцента. Но, прохладно расставшись, молодые люди через некоторое время снова встретились в той же электричке. Иван взял инициативу в свои руки и уговорил Веронику пойти с ним на танцы в гарнизонный клуб.

Дело было зимой, под самый Новый год. Кожедуб встретил Веронику в летном реглане, надетом поверх кителя. Пока они шли по территории части к клубу, девушку удивило, что все офицеры, даже старше по званию, отдавали Ивану честь. Думала: что за майор такой, если ему даже полковники честь отдают и вытягиваются по стойке смирно. Дело в том, что отдавать честь и выполнять команду «Смирно!» перед Героем Советского Союза даже старших по званию чинов обязывали военные правила, учрежденные Иосифом Сталиным (при Хрущеве эти правила были отменены). Но Иван не признавался ей, в чем секрет, пока не зашли в клуб.

Когда же он снял реглан, девушка увидела три Звезды Героя, кучу планочек орденов – и потеряла дар речи

После танцев было застолье, где Кожедуб, по сложившейся в части традиции, представил свою избранницу офицерам. Потом рассказывал Веронике, как товарищи подходили к нему и шептали на ухо: «Ну, Иван, выбор одобряю». Новый, 1947 год молодые люди уже встречали вместе. А утром 1 января в поселковом совете Монино их быстро, без свидетелей, расписали. С тех поры Кожедубы прожили душа в душу почти пятьдесят лет.

Главной движущей силой семьи Кожедубов всегда была только любовь.

Дети не помнили, чтобы родители хоть раз обидели друг друга

Зато помнили, что из каждой поездки папа обязательно привозил подарки не только им, но и маме. Во всех домашних делах Иван Никитович полагался на жену и старательно скрывал от неё опасности своей профессиональной жизни – берёг супругу.

В 1947 году родилась дочь Наталья, а в 1953 году — сын Никита (капитан 3 ранга ВМФ СССР).

Самолёты, на которых летал Иван Кожедуб


Ла-5.
Свой первый боевой вылет Герой Советского Союза провел 26 марта, вылет закончился неудачно: его первый боевой истребитель Ла-5 (бортовой № 75) в бою получил повреждения, а при возвращении на аэродром был вдобавок обстрелян своей зенитной артиллерией. С большим трудом летчик смог довести машину до аэродрома и совершить посадку. После этого примерно месяц летал на старых истребителях, пока вновь не получил новый Ла-5. Это был отличный истребитель облегчённого типа с номером «14» и надписями, выведенными белым с красной окантовкой: на левом борту - «Имени Героя Советского Союза Подполковника Конева Г. Н.», на правом - «От колхозника Конева Василия Викторовича». Ла-5 – это одномоторный деревянный низкоплан. Основным конструкционным материалом используемым в планере самолета была сосна. Для производства некоторых шпангоутов и лонжеронов крыла применяли дельта-древесину. Вооружение истребителя состояло из 2-х синхронных пушек ШВАК калибра 20-мм с пневматическим и механическим перезаряжанием. Общий боезапас равнялся 340 снарядам. Для наводки на цель использовался коллиматорный прицел ПБП-la.


Ла-7. В конце июня 1944 года советский ас был переведён заместителем командира в знаменитый 176-й Гвардейский истребительный авиаполк. Это соединение, первым в Советских ВВС, в августе 1944 года получило новейшие истребители Ла-7. Он стал дальнейшей модернизацией истребителя Ла-5 и одной из лучших серийных машин конца Второй мировой войны. Данный истребитель обладал отличными летными качествами, высокой маневренностью и хорошим вооружением. На малых и средних высотах он имел преимущество над последними поршневыми истребителями Германии и стран антигитлеровской коалиции. Ла-7, на котором заканчивал войну Кожедуб, в настоящее время находится в Центральном музее ВВС России в поселке Монино.

У легендарного лётчика Ивана Кожедуба было три золотых звезды Героя. Но Иван Никитович часто говорил, что имеется и четвёртая. Ею он считал свою жену Веронику. Грозный ас Кожедуб не уставал осыпать супругу ласковыми прозвищами. Знакомые только вздыхали: «Вот это любовь!», слыша, как Вероника превращается то в Верониченьку, то в Любимку, то в любимый кристалл.

Иван Кожедуб родился в украинской деревне Ображеевка в бедной семье. Отец мальчика – церковный староста, был человеком незаурядным, сочинял стихи, много читал. Сына Ваню не баловал, но заметив, что мальчик любит рисовать, этому занятию не препятствовал. Став юношей, Иван даже хотел поступать в художественный техникум, но именно в это время всерьёз увлёкся авиацией. Перед Великой Отечественной войной Иван стал курсантом военной школы лётчиков. В 1943 году его зачислили в истребительно-авиационный полк. В феврале 44-ого Иван получил свою первую звезду Героя. Через семь месяцев вторую. И через год третью.

Свою будущую жену Кожедуб впервые увидел 8-ого ноября 1945-ого года. Иван учился тогда в московской Академии Генштаба, а его часть размещалась в подмосковном Монино. Возвращаясь домой в электричке, Кожедуб и встретил красавицу Веронику. Молодой майор сидел напротив девушки и было видно, что он хочет заговорить, но стесняется. Так и не решившись познакомиться, Иван сошёл на своей остановке, сказав на прощание: «До свидания». И оно скоро состоялось. Только было уже отнюдь не случайным. Иван искал девушку, которая так ему понравилась по всем, проходящим мимо Монино, электричкам. И когда снова встретил Веронику, то подошёл и пригласил на танцы. Девушка согласилась прийти в Дом Культуры монинского гарнизона. А проходя по фойе заметила, что её кавалеру все офицеры, даже старше по званию, отдавали честь. В гардеробе Иван скинул верхнюю одежду и на его груди сверкнули три звезды Героя Советского Союза. Только тогда Вероника вспомнила, что видела портреты Ивана в газетах. «Так вот, с кем выпало познакомиться», – ахнула про себя девушка.

Новый год они встречали вместе. А уже второго января поженились. Через год родилась дочь Наташа. Учёба занимала почти всё время Ивана. Так что дома командовала Вероника. Весёлая, решительная, «главный адъютант и помощник», как шутил супруг, она умела и на рынке торговаться, и хорошо готовила, и вдобавок образовывала мужа, заставив его много читать.

А вот привыкнуть к профессии супруга Вероника долго не могла. Освоение Иваном новых самолётов превращалось для неё в серьёзное испытание. Как-то она даже попросила мужа перестать летать. Но ему предстояла ещё одна война – в Корее. Разлуку супруги пережили с трудом. Иван писал домой нежные письма: «Вот уже приближается Новый год, пятилетие нашей супружеской жизни, такой хорошей. Жаль, что мы не вместе встречаем наше первое пятилетие. Но ты не грусти. Будут у нас ещё счастливые минуты. Хочу поздравить вас всех с наступающим Новым годом. А тебя, женуля, с нашей крепкой неразрывной любовью». В Москву Иван Никитович вернулся в 1952-ом году, а вскоре у супругов родился сын Никита.

Главной движущей силой семьи Кожедубов всегда была только любовь. Дети не помнили, чтобы родители хоть раз обидели друг друга. Зато помнили, что из каждой поездки папа обязательно привозил подарки не только им, но и маме. Во всех домашних делах Иван Никитович полагался на жену и старательно скрывал от неё опасности своей профессиональной жизни – берёг супругу.

Кожедуб никогда не жаловался на здоровье, пока летал. Но, когда по возрасту с небом пришлось расстаться, начал болеть. В 1976-ом году у Ивана Никитовича случился инсульт. Вероника Николаевна сама ухаживала за мужем, учила его писать, занималась с ним речью, возила в санатории. И Кожедуб поправился. К сожалению, от инфаркта, который случился в 91-ом году, Вероника Николаевна спасти мужа не успела – её просто не было дома и некому было вызвать «скорую помощь».

С тех пор каждое второе января она приглашала близких отметить годовщину «нашей с Ванечкой», как она говорила, свадьбы. Веронике Николаевне было отмеряно ещё десять лет, и она провела их, окружённая любовью родных, но уже без прежнего счастья. Ведь рядом не было самого дорогого человека, с которым она душа в душу прожила 45 лет.


Прославленный летчик, трижды Герой Советского Союза всегда говорил о том, что у него есть еще одна, четвёртая золотая звезда. Этой звездой стала для Ивана Кожедуба супруга Вероника. Они были счастливы 45 лет, сумев за все эти годы ни разу не поссориться, не повысить друг на друга голос. И даже в зрелом возрасте он придумывал для жены ласковые имена и не забывал дарить цветы и подарки.

Случайная встреча



Они впервые встретились поздней осенью 1945 года. Иван Кожедуб учился в московской Академии Генштаба, а часть его стояла в Монино. Летчик ежедневно утром отправлялся в столицу, а вечером возвращался в часть. 8 ноября он увидел в электричке юную красавицу, но познакомиться с ней так и не решился. Он только смотрел на нее и смущался.

А сойдя на станции, решил, что ошибку надо исправить. Он стал внимательно осматривать все электрички, проходящие через Монино. Иван настойчиво искал понравившуюся девушку. К моменту второй встречи он был настроен весьма решительно и во второй раз сразу же пригласил красавицу на танцы в Дом Культуры гарнизона. Вероника приглашение приняла.



И очень удивлялась, когда они встретились. Все офицеры отдавали честь майору Кожедубу, даже те, которые были явно старше по званию. Только в фойе, когда летчик снял верхнюю одежду, Вероника увидела три его Золотые звезды. Она оробела, даже убежать хотела. Она вспомнила, что видела его фотографии в газетах.

После совместной встречи Нового года молодые люди уже твердо решили не расставаться, а 2 января 1946 зарегистрировали свой брак. В 1947 году у них родилась дочь Наташа.

Трудно быть женой офицера



Вероника оказалась талантливой хозяйкой. Юная девчонка прекрасно готовила, обустраивала уют в доме, воспитывала дочь, да и мужу спуску не давала. Она считала, что образованный человек непременно должен быть начитан, поэтому мужа поначалу читать она заставляла, а после он уже сам стал получать от этого процесса удовольствие.



Только вот разлуку с супругом переносила она плохо. Даже пыталась настаивать, чтоб он бросил небо. Но Иван тут был твёрд и непреклонен: небо – это его жизнь. Он без Вероники жить не сможет, а без полетов просто перестанет дышать.

Испытание разлукой



Когда Иван и Вероника вместе с трёхлетней дочуркой отдыхали в Кисловодске, как-то вечером к ним в номер пришли два офицера госбезопасности и попросили летчика проехать с ними. Они решили, что его приехали арестовывать, но на самом деле его привезли по требованию Командующего авиацией Московского округа. Офицера срочно вызывали в Москву, откуда ему предстояло срочно вылететь в Корею. Ему предстояло пройти ещё одну войну.

Пятилетие супружеской жизни они встретили в разлуке. Иван и Вероника отчаянно скучали друг по другу. Единственной связующей ниточкой между ними стали письма. Домой лётчик вернулся только в 1952 году. В ноябре 1952 в семье родился сын Никита.

Неразрывная любовь



В их семье всегда царила любовь. Иван Никитович называл Веронику разными ласковыми именами. Знакомые, глядя на эту пару, лишь вздыхали. Такая любовь, оказывается, может быть не только в книгах, да на экранах.



Дети и внуки знаменитого лётчика вспоминали об удивительной атмосфере гостеприимного хлебосольного дома. Иван и Вероника никогда не повышали голос друг на друга, они даже не ссорились никогда. Иван Никитович из всех своих поездок не забывал привозить супруге подарки. И называл любимую своей четвёртой золотой звездой.



Он, прошедший две войны, видевший сотни смертей, очень любил жизнь. Он радовался каждому прожитому дню, находя источник удовольствия в мелочах. А еще Иван Никитович любил рисовать. Он рисовал карандашом и даже писал картины маслом.



Если он был командиром на службе, то в доме однозначно пост главнокомандующего принадлежал Веронике Николаевне. Ослушаться её не смел никто: ни муж, ни дети, ни впоследствии внуки. Она с радостью занималась хозяйством и удивляла мужа кулинарными изысками.

Пока летчик мог летать, здоровье его не беспокоило. А вот прекращение полетов привело к тому, что Иван Никитович стал болеть. Чувствовал сильные боли в ногах, стало пошаливать сердечко.



Когда в 1976 году Иван Никитович перенес инсульт, она выходила его. Сама заново учила его говорить, держать в руках ручку, выводить буквы. Она возила его в санатории, где всегда была рядом. И все же смогла поставить его на ноги.

А вот в 1991, когда у Ивана Никитовича случился инфаркт, ее рядом не было. Она уехала с дачи по делам в гарнизон. Вернувшись, увидела скорую помощь у их дома. Но она приехала слишком поздно. 8 августа 1991 года сердце лётчика перестало биться.



Она пережила супруга на 10 лет. И каждый год в день их с Ванечкой свадьбы собирала в доме родных и друзей, отмечая юбилей их семьи. До конца дней она трепетно хранила память о своем супруге и об их нераздельной любви длиной в 45 лет.

Секрет счастливого брака Ивана Никитовича и Вероники Николаевны был очень прост: основой всему была любовь. У прошедшего войну

Двадцать лет назад, 8 августа 1991 года, ушел из жизни трижды Герой Советского Союза маршал авиации Иван Кожедуб

В годы Великой Отечественной войны в 120 воздушных боях украинец Иван Кожедуб уничтожил 62 фашистских самолета, а также два американских истребителя, атаковавших его по ошибке. Причем, в отличие от трижды Героя Советского Союза Александра Покрышкина (59 воздушных побед) и других асов, сам Кожедуб ни разу не был сбит.

Вместе с его внучкой Аней поднимаемся по аллеям мемориального комплекса на Поклонной горе, где выставлены артиллерийские орудия, минометы, самоходки, танки времен Второй мировой. Дольше всего, разумеется, задержались и фотографировались возле самолетов.

«Впервые увидев Веронику в электричке, Иван - боевой летчик - даже разговор завести побоялся»

Анна Никитична Кожедуб - невысокая стройная девушка. Во время знакомства представилась просто: «Аня…»

- На деда-крепыша вы не больно похожи , - пытаюсь сообразить что-то вроде комплимента.

Придерживаюсь женской линии, - смеется Аня. - Кстати, вы смотрели художественно-документальный фильм «Тайны века. Две войны Ивана Кожедуба»? В роли моей бабушки Вероники Николаевны Кожедуб снялась я.

Господи, а я думаю, вроде где-то видел ваше лицо! Только в фильме вы выглядите значительно старше - тоже красивой, но уже солидной дамой.

Так было задумано по сценарию. А гримеры из вас что угодно сделают. Во время съемок словно погрузилась во времена молодости дедушки и бабушки. Это было самое счастливое время моей жизни, когда были живы и они, и папа.

*Анна Кожедуб: «Как самое счастливое время вспоминаю годы, когда были живы дедушка, бабушка и папа…»

- А что случилось с отцом, почему рано умер?

После учебы в Суворовском училище папа тоже хотел стать летчиком. На медкомиссии у него нашли какой-то недостаток зрения. Мы жили в Ленинграде. Там одно время служил дедушка, жила моя другая бабушка - мамина мама. В Питере родилась и я. А папа окончил военно-морское училище подводного плавания. Родители восемь лет жили на Севере, в гарнизоне Полярный. Отец там облучился. Хотя служил на дизельной лодке. Что могло излучать? Может, торпеды с ядерными боеголовками? Словом, отец начал болеть, его списали на берег. У них чуть ли не пол-экипажа умерло от онкологии. Вот и папу похоронили на Новодевичьем вместе с дедушкой и бабушкой. Там, под памятником, могила устроена, как склеп.

- Иван Никитич тоже ведь еще не старый был…

За месяц-два до смерти деда несколько раз в квартиру тети Наташи и моего двоюродного брата Васи залетал голубь. Дед добродушно называл этих птиц серунами. Говорил, это их вторая натура. Примерно в это время он лег в госпиталь. Сердце пошаливало, давление… Чувствовал себя настолько неважно, что попрощался с бабушкой капитально, словно возвращаться домой уже не собирался. Но вернулся! Вроде полегчало. И первого августа они с бабушкой были уже на даче. А мы с мамой улетели в Крым.

Через неделю бабушка поехала по делам в гарнизон. А когда вернулась, увидела возле калитки «таблетку» - местную «скорую». Наш сосед по даче маршал авиации Герой Советского Союза Иван Иванович Пстыго, с которым дед общался незадолго до этого через забор, рассказывал, что Иван Никитич сам вызвал «скорую». А московская «скорая» (из Кремлевской больницы) опоздала. Два часа откачивали - безрезультатно. Обширный инфаркт.

Вот вам и голуби… Мне тогда было девять лет. Это был один из самых тяжелых дней в моей жизни. Первого сентября мы пришли в школу. Учительница сказала: «Дети, у нашей Анечки Кожедуб нынешним летом случилось большое горе - умер дедушка, знаменитый летчик». Я разрыдалась.

- Как они познакомились с вашей будущей бабушкой Вероникой?

Впервые увидели друг друга в электричке, идущей из Москвы в Монино, - продолжает Аня. - Дед учился там в военно-воздушной академии. Вероника заканчивала 10-й класс. Кожедуб, уже майор, был очень стеснительным. Даже разговор боялся завести. Позже оправдывался, что ее красота ослепила его.

Потом они снова встретились в Монино. Иван пригласил ее в Дом офицеров на танцы. В гардеробе снял реглан. Девушка увидела три звезды Героя - и чуть не убежала. Испугалась. Она тоже была из простой семьи. Дед, кстати, с улыбкой рассказывал, что на службе он не блистал изысканными манерами, мог и матюгнуться, если человек поступил непорядочно или отлынивал. Так некоторые армейские острословы за глаза называли его Триждыдубом. Дед не обижался.

Всю жизнь дедушка называл бабушку своей четвертой золотой звездой. У них была уже трехлетняя дочурка, тетя Наташа, старшая папина сестра, когда Кожедуба забрали на войну в Корею. В буквальном смысле забрали - семья втроем отдыхала в Кисловодске. И вдруг вечером в номер явились два офицера госбезопасности и предложили Кожедубу поехать с ними. Бабушка и дедушка Бог знает что подумали. Ведь и после войны были аресты. Но деда привезли в обком партии, к первому секретарю, в кабинете которого был телефон правительственной связи. Командующий авиацией Московского военного округа генерал Василий Сталин потребовал, чтобы Кожедуб срочно вылетал в Москву…

В Корее дед командовал истребительной авиадивизией. Там наши летчики намолотили столько американских и австралийских самолетов, что Штаты были вынуждены отказаться от своего плана «Дропшот», предусматривавшего атомную бомбардировку 300 главных промышленных городов Советского Союза. Многие историки говорят, что так Кожедуб и другие наши летчики предотвратили третью мировую войну.

Наверное, насмотревшись на войнах смертей, дед очень любил жизнь. Во всех ее, казалось бы, малозначительных прозаических проявлениях. В дневнике, который вел с молодости, мог записать: «Ел персики. Спал»…

Он очень любил проводить время со мной. Проникался моими детскими интересами и как бы заново открывал для себя жизнь. С большой нежностью относился к детям и взрослым. У нас в Монино часто бывала моя подружка Катя Покрышкина, внучка Александра Ивановича, тоже трижды Героя. А позже, в МГИМО, я училась на юриста-международника с внучкой маршала Рокоссовского…

На старости лет дед был глуховат. А в доме командовала бабушка. На ней все держалось. После тяжелого инсульта к полноценной жизни дед вернулся ее стараниями. Даже писать учился заново! Бабушка привыкла, чтобы ее команды выполнялись беспрекословно и немедленно. Бывало, просит деда подать пиалу для чая. Тот не слышит. Бабушка повторяет громче. Он снова не понимает. Тут уже бабушка как рявкнет: «Пиа-алу подай, пожалуйста!» Он подает и улыбается. Улыбка у него была добрая, как у Юрия Алексеевича Гагарина, с которым он дружил.

«Защищая бомбардировщик союзников, Кожедуб сбил два… их же истребителя»

Летом на даче часто просил меня: «Иди, солнышко, мяты пошукай, чайку заварим», - продолжает рассказ Аня Кожедуб. - Вообще-то он хорошо, практически без акцента, говорил по-русски. Но на старости лет в его речи все чаще проскакивали родные украинские слова. Вспоминал свою Сумщину, село Ображиевку под Шосткой. Дедушка Иван Никитич писал картины маслом. Иногда на украинские мотивы. Я побывала на его родине уже после его смерти. Очень красивые места, замечательные люди.

- Кроме чая с мятой, какие-то гастрономические пристрастия у Ивана Никитича были?

Он вообще-то был всеядным, неприхотливым. Ел все, что бабушка готовила. А там такие разносолы случались - мама дорогая! И чахохбили из курицы с грецким орехом, и рыба-фиш, и ножки куриные фаршированные, и лимонный конфитюр (я его обожала), и варенье из лепестков роз… Все это Вероника Николаевна делала сама.

И, конечно, вино во время обедов и ужинов лилось рекой. Деду много дарили разных красивых бутылок. Это тоже здоровья не прибавляло. А к нему разные друзья валили. С тем выпей, тому не откажи. Бабушка, женщина гостеприимная и компанейская, порой жутко психовала, когда, бывало, дед не просыхал. А он: «Верониченька, ну что ты злишься? Ты же знаешь: «три танкиста выпили по триста, бравый сокол выпил девятьсот!..»


*Иван и Вероника очень любили друг друга и прожили душа в душу 45 лет

- Вероника Николаевна умерла уже после Ивана Никитича?

Да. У нее было заболевание легких. Она сильно курила. Научилась от переживаний, когда ждала деда из Кореи.

- Иван Никитич тоже курил?

Да. После войны бросил. Работал военным летчиком-испытателем. Так его разнесло вширь - не помещался в кабинах испытываемых аппаратов! У нас даже фото где-то было, где он в Музее авиации страшно веселится, пытаясь влезть в кабину своего Ла-7. И, как гласит семейная легенда, Наташка (дочь) с бабушкой моей лет в сорок снова как бы заставили его курить! Хотя не представляю, как можно было нашего деда заставить что-либо делать по принуждению. Очень упрямый был.

А бабушка-то и умерла, собственно, из-за чрезмерного увлечения сигаретами. «Стюардесса» ей нравилась, как сейчас помню! Курево практически не выпускала изо рта. Во время обедов и ужинов, на которых я иногда присутствовала, помню, даже, пока Вероника ела, рядом в пепельнице тлела сигарета, что жутко бесило моего папу. Он всегда ее украдкой тушил. Бабушка сразу в крик!

Подростком и я научилась курить. Бабушка сначала ругала меня. Потом курили вместе. Делились своими женскими горестями.

- А что старшая дочь Кожедубов - ваша тетя Наташа?

Рано умерла. Тоже от тяжелой болезни. У нее остался сын - мой старший двоюродный брат Василий. Ему сейчас 40 лет. Живет в Москве. Наталья Ивановна была очень талантливой личностью. Училась в МГИМО, блестяще играла на пианино, обладала литературными способностями.

…Чтобы соскочить с печальной темы, я вспомнил малоизвестный факт из боевой биографии знаменитого летчика, о котором в советское время знали только немногие, да и те говорили шепотом.

- Как это в конце войны с фашистами Иван Никитич умудрился сбить два самолета союзников?

Об этом я узнала уже после смерти деда от его бывшего ведомого Героя Советского Союза генерал-майора авиации Сергея Макаровича Крамаренко. Во время боя в небе Германии, это был апрель 1945 года, Кожедуб увидел, как к американскому тяжелому бомбардировщику В-17 «Фортресс» устремилась группа «мессеров», и попытался отогнать их от «Летающей крепости». Союзнические истребители сопровождения, видать, не поняли намерений советского летчика, приняли его за немца и открыли заградительный огонь. В пылу боя, уйдя переворотом от их трасс, Иван Никитич в долгу не остался и мгновенно атаковал. Летчик одного подбитого им «Мустанга» успел выброситься с парашютом. А второй взорвался в воздухе. Все это зафиксировал фотокинопулемет самолета Кожедуба. Могли быть серьезные неприятности. Командир полка полковник Чупиков посоветовал Ивану Никитичу помалкивать об этом инциденте и отдал «на память» проявленную пленку, чтобы она не попала к кому не следует. Слава Богу, обошлось.

Почему Кожедуб летал исключительно на самолетах советского производства, а не на, скажем, истребителе «Аэрокобра», как Покрышкин, - их американцы поставляли по ленд-лизу?

Да, Сергей Макарыч рассказывал, что «Кобра» - отличный самолет, с кондиционером. А в кабине «Лавочкина» воздух нагревался порой до 60 градусов. Да задымленность от выхлопных газов двигателя была такой, что иногда летали с открытым фонарем, чтобы не угореть. Но Кожедуб служил в элитном, так называемом маршальском полку - его опекал главком ВВС главный маршал авиации Александр Новиков. Такая часть должна летать, сами понимаете, только на отечественной технике! И воевали, как видите, наши соколы на ней неплохо.

Какие отношения у Ивана Кожедуба были с другим нашим асом Александром Покрышкиным - тоже трижды Героем? Не было между ними какой-то ревности?

Насколько я знаю, Александр Иванович был не особо компанейским человеком, не таким теплым, как дед. Помню, Мария Кузьминична, жена Покрышкина, даже как бы завидовала моей бабушке, которую дед называет пятидесятью ласковыми прозвищами, а ее Александр Иваныч - только «Мария» всю жизнь. Дед-то мой ко всем относился тепло и с любовью. Александра Ивановича, думаю, уважал. А Покрышкин относился к нему, пожалуй, просто как к коллеге по цеху. Тоже, конечно, с уважением.

Однажды мне довелось услышать байку, вроде бы два аса недолюбливают друг друга. «Бред абсолютный!» - сказал мой папа. Возможно, такой дурацкий слух возник из-за природной сдержанности Покрышкина. Он же сибиряк, а дед - щирый украинец! Они небо делили в свое время не ради удовлетворения амбиций, просто дело общее делали. Воевали на разных фронтах, познакомились лишь после войны, служили в разных войсках - дед в ВВС, Покрышкин - в ПВО. Так что в молодости подружиться не представлялось возможным. А в старости люди труднее сходятся. Поэтому они, хоть и встречались, друзьями не стали. Зато я с внучкой Покрышкиных Катей подружилась, еще когда наши мамы вывозили нас в колясках на прогулку. Выяснилось, что живем в одном доме в соседних подъездах. Мамы подружились. И папы дружили.

Иван Никитович Кожедуб – прославленный летчик-ас Второй мировой войны, наиболее результативный летчик-истребитель в авиации союзников (64 личных победы). Трижды герой советского союза. Участвовал в боевых действиях с 1943 по 1945 год, все свои боевые вылеты совершал их на истребителях конструкции Лавочкина – Ла-5 и Ла-7. За все время войны ни разу не был сбит. По окончании войны продолжил службу в ВВС, оставаясь действующим пилотом и освоив реактивный истребитель МиГ-15. Окончил Краснознаменную Военно-воздушную академию, в 1985 году летчику было присвоено воинское звание маршала авиации.

Иван Никитович Кожедуб родился 8 июня 1920 года в крестьянской семье в небольшом украинском селе Ображиевка Шосткинского района Сумской области. В последствии окончил химико-технологический техникум и Шосткинский аэроклуб. В Красную Армию попал в 1940 году. В 1941 году закончил Чугуевскую военную авиационную школу лётчиков, где служил инструктором. С началом Великой Отечественной войны Иван Кожедуб вместе с авиашколой был эвакуирован в Среднюю Азию. После подачи многочисленных рапортов с просьбой отправить его на фронт, его желание было удовлетворено. В ноябре 1942 года сержант Иван Кожедуб прибыл в распоряжение 240-го истребительного авиационного полка (ИАП) формирующейся 302-й истребительной авиадивизии. В марте 1943 года части дивизии были отправлены на Воронежский фронт.


Свой первый боевой вылет будущий ас и Герой Советского Союза провел 26 марта, вылет закончился неудачно: его истребитель Ла-5 (бортовой № 75) в бою получил повреждения, а при возвращении на аэродром был вдобавок обстрелян своей зенитной артиллерией. С большим трудом летчик смог довести машину до аэродрома и совершить посадку. После этого примерно месяц летал на старых истребителях, пока вновь не получил новый Ла-5.

Боевой счет своим победам летчик-ас открыл 6 июля 1943 года на Курской дуге, сбив пикирующий бомбардировщик Ju-87. Уже на следующий день Кожедуб одержал вторую воздушную победу, сбив еще один Ju-87, а в воздушном бою 9 июля смог сбить сразу 2 немецких истребителя Me-109. Уже в августе 1943 года Иван Кожедуб становится командиром эскадрильи. Первое звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» командир эскадрильи 240-го ИАП старший лейтенант Иван Кожедуб получил 4 февраля 1944 года за 146 боевых вылетов, в которых он сбил 20 немецких самолетов.

С мая 1944 года Кожедуб воевал на новой модификации истребителя Лавочкина – Ла-5ФН (бортовой № 14), который был построен на деньги колхозника Сталинградской области В.В. Конева. Уже через несколько дней после получения он сбивает на нём Ju-87. В течение шести последующих дней летчик-ас записывает на свой счет ещё 7 вражеских самолётов. В конце июня он передает свой истребитель К.А. Евстигнееву (впоследствии дважды Герой Советского Союза), а сам переходит в учебный полк. Но уже в августе Иван Кожедуб назначается заместителем командира 176-го гвардейского полка ИАП. В это же время полк проходит процедуру перевооружения, получая новые истребители Ла-7. Летчику-асу достался самолёт с бортовым № 27. Иван Кожедуб будет летать на нем до самого конца войны.

Второй медалью «Золотая Звезда» гвардии капитан Иван Кожедуб был награжден 19 августа 1944 года за 256 совершенных боевых вылетов, в которых он лично сбил 48 немецких самолетов. Однажды во время воздушного боя на истребителе Ла-7, который проходил над территорией противника, самолет Кожедуба был подбит. На машине заглох двигатель и Иван Кожедуб, чтобы не сдаваться в плен немцам, выбрал для себя на земле цель и начал на нее пикировать. Когда до земли оставалось совсем немного, двигатель истребителя неожиданно снова заработал и Кожедуб смог вывести машину из пикирования и благополучно вернулся на аэродром.

12 февраля 1945 года Иван Кожедуб в паре со своим ведомым лейтенантом В.А. Громаковским патрулировали пространство над передним краем, находясь в режиме «свободной охоты». Обнаружив группу из 13 истребителей FW-190, советские летчики немедленно атаковали их, сбив при этом 5 немецких истребителей. Три из них записал на свой счет Иван Кожедуб, два – Громаковский. 15 февраля 1945 года в полете над Одером Кожедуб смог сбить немецкий реактивный истребитель Me-262, которым управлял унтер-офицер К. Лянге из I./KG(J)54.


К концу Великой Отечественной войны гвардии майор Иван Кожедуб выполнил 330 боевых вылетов и провел 120 воздушных боев, сбив при этом 64 самолета противника. В это число не входят 2 американских истребителя P-51 «Мустанг», которые советский ас сбил весной 1945 года. При этом американцы первыми напали на истребитель Ла-7, которым и управлял советский летчик. По словам выжившего в этом воздушном бою американского пилота, они перепутали Ла-7 Кожедуба с немецким истребителем FW-190 и напали на него. Третью «Золотую Звезду» Иван Никитович Кожедуб получил уже после войны за высокое воинское мастерство, личное мужество и отвагу.

Среди сбитых Иваном Кожедубом вражеских самолетов были:

21 истребитель FW-190;
18 истребителей Ме-109;
18 бомбардировщиков Ju-87;
3 штурмовика Hs-129;
2 бомбардировщика He-111;
1 истребитель PZL P-24 (румынский);
1 реактивный самолёт Ме-262.

Ла-5 и Ла-5ФН

Ла-5 – это одномоторный деревянный низкоплан. Как и у истребителя ЛаГГ-3, основным конструкционным материалом используемым в планере самолета была сосна. Для производства некоторых шпангоутов и лонжеронов крыла применяли дельта-древесину. Деревянные детали обшивки самолета склеивались при помощи специального карбамидного КМ-1 или смоляного клея ВИАМ-Б-3.

Крыло самолета, набранное из профилей NACA-23016 и NACA-23010, технологически подразделялось на центроплан и 2-е двухлонжеронные консоли, которые имели фанерную работающую обшивку. К металлической трубе при помощи торцевой нервюры присоединялись основные стойки шасси. Между лонжеронами центроплана находились кессоны для бензобаков, выклеенные из фанеры, а в носовой части размещались купола для колес шасси.
Лонжероны самолета были деревянными со специальными полками из дельта-древесины (на истребителях модификации Ла-5ФН, начиная с 1944 года, монтировались металлические лонжероны.) К консолям с фанерной обшивкой присоединялись автоматические предкрылки, элероны типа «Фрайз» с дюралевым каркасом, обшитые перкалью и щитки-закрылки типа «Шренк». Левый элерон имел триммер.


Фюзеляж истребителя состоял из деревянного монокока выполненного как одно целое с килем и передней металлической фермы. Каркас состоял из 15 шпангоутов и 4 лонжеронов. Фюзеляж истребителя был наглухо скреплен с центропланом 4-я стальными узлами. Кабина летчика закрывалась плексигласовым сдвижным фонарем, который мог стопориться в закрытом и открытом положениях. На шпангоуте за спинкой сидения летчика находилась бронеплита толщиной в 8,5 мм.

Стабилизатор – двухлонжеронный, полностью деревянный с фанерной работающей обшивкой, оперение – свободнонесущее. Стабилизатор машины состоят из 2-х половинок, которые крепились к силовым элементам хвостовой части машины. Руль высоты с триммером обладал дюралевым каркасом, который обшивался полотном и также как стабилизатор состоял из двух половинок. Управление истребителем было смешанным: рулями высоты и поворота с помощью тросов, элеронами при помощи жестких тяг. Выпуск и уборка шитков-закрылков происходили при помощи гидропривода.

Шасси истребителя было убирающимся, двухопорным с хвостовым колесом. Основные опоры шасси обладали масляно-пневматическими амортизаторами. Основные колеса Ла-5 имели размеры 650x200 мм и оснащались воздушнокамерными тормозами. Хвостовая свободно ориентирующаяся опора также убиралась в фюзеляж и имела колесо размером 300 на 125 мм.

Силовая установка истребителя состояла из звездообразного двигателя воздушного охлаждения М-82, который обладал максимальной мощностью в 1850 л.с. и трехлопастного винта изменяемого шага ВИШ-105В с диаметром 3,1 метра. Выхлопные патрубки объединялись в 2 коллектора реактивного типа. Для регулирования температурой двигателя использовались лобовые жалюзи, которые находились на переднем кольце капота, а также 2 створки по бокам капота за мотором. Двигатель самолета запускался при помощи сжатого воздуха. Масляный бак емкостью в 59 литров находился на месте стыка металлической фермы и деревянной части фюзеляжа. Топливо объемом в 539 литров находилось в 5 баках: 3-х центропланных и 2-х консольных.


Вооружение истребителя состояло из 2-х синхронных пушек ШВАК калибра 20-мм с пневматическим и механическим перезаряжанием. Общий боезапас равнялся 340 снарядам. Для наводки на цель использовался коллиматорный прицел ПБП-la. На самолетах модели Ла-5ФН дополнительно устанавливались крыльевые бомбодержатели, которые были рассчитаны на подвеску бомб массой до 100 кг.

В состав оборудования истребителя помимо стандартного набора контролирующих и пилотажно-навигационных приборов включались кислородный прибор, коротковолновая радиостанция РСИ-4 и посадочная фара. Запаса кислорода хватало на 1,5 часа полета на высоте 8000 м.

Буквы ФН в маркировке Ла-5ФН расшифровывались как Форсированный Непосредственного впрыска топлива и относились к двигателю. Данный самолет начала поступать в войска с марта 1943 года. Его двигатель АШ-82ФН развивал максимальную мощность в 1850 л.с. и мог выдерживать форсированный режим в течение 10 минут полета. Данная версия истребителя Ла-5 была наиболее скоростной. У земли машина разгонялась до 593 км/ч, а на высоте в 6250 метров могла развить скорость в 648 км/ч. В апреле 1943 года в подмосковных Люберцах состоялась серия воздушных боёв между Ла-5ФН и трофейным истребителем Bf.109G-2. Учебные бои продемонстрировали подавляющее превосходство Ла-5 в скорости на малых и средних высотах, которые являлись основными для воздушных сражений Восточного фронта.

Ла-7 стал дальнейшей модернизацией истребителя Ла-5 и одной из лучших серийных машин конца Второй мировой войны. Данный истребитель обладал отличными летными качествами, высокой маневренностью и хорошим вооружением. На малых и средних высотах он имел преимущество над последними поршневыми истребителями Германии и стран антигитлеровской коалиции. Ла-7, на котором заканчивал войну Кожедуб, в настоящее время находится в Центральном музее ВВС России в поселке Монино.


По своему внешнему виду и размерам истребитель очень незначительно отличался от Ла-5. Одним из существенных отличий были лонжероны, которые, как и на последних сериях Ла-5ФН, были выполнены из металла. При этом обшивка и нервюры самолета остались без изменений. Размеры сечения лонжеронов были сокращены, что позволило освободить дополнительное пространство для топливных баков. Масса лонжеронов истребителя снизилась на 100 кг. Аэродинамика истребителя значительно улучшилось, достигалось это, в частности, путем переноса и улучшения формы радиатора. Также подверглась улучшениям внутренняя герметизация самолёта путем полной ликвидации просветов между трубами и отверстиями для них в противопожарной переборке и щелей в капоте. Все эти улучшения позволили Ла-7 получить над Ла-5 преимущество в скорости полета, скороподъемности и максимальном потолке. Максимальная скорость Ла-7 составляла 680 км/ч.

В качестве вооружения на Ла-7 могли быть установлены две 20-мм пушки ШВАК или 3 20-мм пушки Б-20. Пушки имели гидромеханические синхронизаторы, которые препятствовали попаданию снарядов в лопасти винта. Большая часть Ла-7, как и Ла-5, вооружалась двумя пушками ШВАК, которые обладали боезапасом по 200 патронов на ствол. В состав боекомплекта истребителя входили бронебойно-зажигательные и осколочно-зажигательные снаряды массой в 96 грамм. Бронебойно-зажигательные снаряды на дистанции в 100 метров пробивали по нормали броню толщиной до 20 мм. на двух подкрыльевых узлах истребителя можно было подвесить бомбы массой до 100 кг.

Использованы источники:
www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=403
www.airwar.ru/enc/fww2/la5.html
www.airwar.ru/enc/fww2/la7.html
Материалы свободной интернет-энциклопедии «Википедия»


Top